Полёт Феникса. Как топливная компания возродилась из пепла, сделав ставку на доверие

Если ты упал семь раз, встать дол­жен восемь, гласит древняя японская пословица. Но в чем секрет стойкости человека перед трудностя­ми? Об этот вопрос разбивались лучшие умы челове­чества, но так и не дали ответа, максимум — сформу­лировав патетичные назидания.

А главное, почему считается, что стойкость — это сугубо мужская прерогатива? Сегодня мы разбиваем стереотипы, потому что гость нашего номера — ди­ректор ООО «Феникс» Маргарита Орлова, ведущая бизнес вместе со своим мужем Артемом. Как и ми­фическая птица, сравнительно молодая топливная компания пережила тяжелый кризис, но смогла воз­родиться и вновь расправить крылья.

Секрет человеческой стойкости мы так и не откры­ли, зато записали интересное интервью с женщиной в неженской профессии.

«КОРОЛЕВА БЕНЗОКОЛОНКИ»

— Маргарита, для многих аграриев края компания «Феникс» в представлении не нужда­ется. И думаю, многим будет интересно, что по­служило стартом. Было ли это абстрактное желание заняться коммерцией, или же вы с Ар­темом сразу решили, что ГСМ — перспективно и интересно?

— Придется вернуться к самому началу, к тому моменту, когда я только получи­ла университетский диплом. Так вышло, что у меня не было особо выбора. Можно сказать, что с момента начала трудовой де­ятельности я ничем другим, кроме как про­дажей топлива, не занималась. Вообще никогда.

— Интересно… Не сочти меня (упаси боже) сексистом, но все‑таки закуп и продажа топ­лива — не совсем типичное женское занятие. Как бы я ни любил в детстве фильм «Королева бензоколонки», все равно трудно представить милую и легкую в общении женщину в суро­вом мире нефтепродуктов. Может, это стерео­типы, коими мы все в разной степени грешим, но все же — почему топливо?

— Ты наверняка знаешь, что мой отец, Сергей Петрович Абрамов, много лет воз­главляет сельхозпредприятие в Усть-При­станском районе. Он ведь не так давно становился героем номера журнала «Ал­тайский крестьянин». Так получилось, что в торговлю ГСМ определил меня имен­но он.

— Просто однажды взял и сказал, мол, Рита, отныне ты будешь продавать бензин и соляр­ку?

— Ну, не совсем так. После окончания уни­вера я какое‑то время сама ходила на раз­ные собеседования, но безрезультатно.

— Прости, перебью. А какой вуз ты окончила и по какой специальности?

— Училась на инженерно-экономическом факультете АлтГТУ по направлению «ме­неджмент». Знаешь, такая вот специаль­ность, обо всем и ни о чем одновременно…

— При этом очень популярная в нулевых: огромные очереди в приемные комиссии и бе­шеные конкурсы. Так, и что дальше? Ты начала бродить с дипломом по офисам в надежде оты­скать местечко под солнцем?

— После выпуска из универа я пробол­талась без дела целое лето, а у нас в семье праздные шатания никто не любит. Нужно было устраиваться на работу. Папа тогда очень тесно сотрудничал с одним из круп­ных барнаульских предприятий — Алтай­ской нефтяной компанией. Он‑то и похло­потал за меня перед ребятами, с которыми непосредственно работал. Соответствен­но, в один прекрасный день я отправилась на собеседование к ним. А компания в те времена была одним из самых крупных по­ставщиков топлива в Алтайском крае.

— Воображение рисует совсем еще молодую девушку, робеющую у входа и прижимающую к груди диплом, на котором едва успели высох­нуть чернила. Так оно и было?

— Ну, в общем, похоже. Я пришла и уви­дела большой современный офис, где сидят серьезные ребята в костюмах и по телефону ворочают многомиллионными сделками. А я до сего дня с людьми такого уровня ни разу не общалась. Где бы я их встрети­ла — простая деревенская девчонка, пять лет прожившая в общаге! И мне говорят: все прекрасно, выходи с понедельника. Я стою, а в голове мысль набатом: «Ё-мое, меня бе­рут работать в топливную компанию!».

— Ошарашило, да?

— Конечно, на первых порах было опре­деленное волнение, с которым довольно быстро удалось справиться, войдя в ра­бочий режим. Главное, пригодился дип­лом — работать в АНК я начала как ме­неджер по продажам топлива. И первый постоянный клиент появился сразу же — ОАО «Озернинское» в лице руководителя Сергея Петровича Абрамова. Примерно через полгода после того, как я начала ра­ботать, в компанию пришел Артем. И мы как‑то незаметно прошли этапы «колле­ги-друзья-супруги».

— Звезды на небе сошлись в нужной комби­нации, не иначе! Хорошо, ты работала менед­жером на необъятном, как океан, топливном рынке. В какой момент созрел план по выходу в вольное плавание?

— Рынок этот хоть и необъятный, но ста­бильности в нем не было. Пока наши с Ар­темом отношения складывались в семью, в делах тоже начались перемены. Мы ушли в другую фирму, затем нас сократили, и мы снова устроились в сфере продаж ГСМ. По­том я ушла в декретный отпуск, а Артем с ребятами начал потихоньку раскачивать свой бизнес.

— Рождение ребенка — светлый момент в жизни женщины, но и одновременно некий философский камень на распутье. Не возника­ло ли у тебя старого, как мир, желания остаться дома и заняться детьми, домашним очагом?

— Знаешь, Максим, я сама по своей при­роде деятельная, активная. За два с лиш­ним года я дома насиделась и почувство­вала, что хочу чем‑то заниматься. Муж к этому моменту уже занимался топливом сам, и я попросилась к нему простым ме­неджером. И со временем мы создали ком­панию в том виде, в котором она существу­ет сейчас.

СЕКРЕТ СПОКОЙСТВИЯ

— То есть получается, что вы вместе с мужем руководите компанией. Как разделяете зоны ответственности? И нет ли сложностей в тако­го рода управлении? Я имею в виду, могут же возникнуть спорные моменты, разные взгляды на какие‑то вещи, происходящие в компании. Более того, наверняка вам часто приходится обсуждать дела дома за ужином. Не трудно ли вам в таком случае разграничивать два про­странства: личное и рабочее? И удается ли из­бежать конфликтов?

— Тут все просто: все основные задачи, связанные с руководством нашей фирмой, включая финансовую часть, решает Ар­тем. Признаться, вначале я какое‑то время принимала участие в руководстве, и тогда у нас действительно случались разногла­сия и даже, можно сказать, конфликты. Но со временем я решила — лучше не лезть. Вот ты сегодня говорил о стереотипах, счи­тай, что я поступила согласно им. То есть как женщина, уступившая руководство мужчине. Конечно, я не абстрагировалась полностью, все‑таки компания — это наше детище. У мужа есть свои видение и стра­тегия, у меня свои, и они часто не сходи­лись. Сегодня я полностью доверяю Артему и в принципе одобряю его решения.

— А какие задачи возложены на тебя?

— Моя задача — продавать. Я же менед­жер, как ты помнишь. Этим я и занимаюсь.

— Кто придумал название компании? Не воз­никло ли на этот счет споров?

— Название придумал Артем, и нет, мы по этому поводу не спорили. Мы вообще практически никогда не спорим.

— Никогда не спорите? Поделишься секре­том отношений с нашей аудиторией?

— Да все очень просто: если я с чем‑то не со­гласна, то просто молчу. Если же возникает какой‑то накал, то мы эту тему отпускаем на время и позже к ней возвращаемся, уже взвесив каждый у себя в голове все за и про­тив. А насчет названия, у меня было только одно пожелание — чтобы в нем не фигури­ровали слова «топливо», «ГСМ» и так далее и чтобы оно было в одно слово, коротким, без нагромождений вроде «нефть-прод-снаб-постав». Артем сказал: «Феникс», и я одобри­ла. Ведь это птица, которая возрождается из пепла.

— И тема горения в мифе о птице-фениксе тоже присутствует.

— Да, и это тоже. Но на самом деле назва­ние оказалось в каком‑то смысле пророче­ским. У нас в свое время были очень боль­шие сложности, такие, которые поставили наш бизнес на грань выживания. Но мы выстояли, и мы снова на рынке с новыми силами. Если перерождение феникса сим­волизирует его бойцовский характер, то это точно про нас.

— Все было так плохо?

— Сегодня мы можем вспоминать все сложности на нашем пути, спокойно вы­дохнув. Но были действительно тяжелые ситуации, когда мы должны людям деньги, топлива нет, а нам необходимо оплатить услуги перевозчикам. Для меня все это было внове, ведь я росла в благополучной семье, под заботливым крылышком роди­телей. А тут на нас посыпался целый ворох проблем. Наверное, каждому в жизни нуж­ны какие‑то испытания, чтобы проверить характер и при необходимости его зака­лить.

— Я так понимаю, руки вы не опустили. А были моменты абсолютного отчаяния?

— Смотря что ты понимаешь под отчая­нием. Мне кажется, отчаявшийся человек уже ничего делать не будет, он просто молча пойдет ко дну. В какой‑то момент ситуация сложилась просто катастрофи­чески. Мало того, что у компании воз­никли финансовые проблемы, так нас еще кинули на деньги. И так все плохо, а тут — на тебе, еще минус 2 миллиона рублей. И ты понимаешь, мы чувствовали себя какими‑то жуками, которые караб­каются изо всех сил даже не для того, чтобы выбраться на поверхность, а что­бы хотя бы не увязнуть еще глубже, туда, где не видно никакого просвета. Но сей­час, конечно, мы уже видим плоды своей работы, можем оглянуться назад и уви­деть пройденный путь со всеми его кол­добинами и рытвинами, о которые мы спотыкались. Знаешь, если из ошибок из­влекать уроки, то со временем они пре­вращаются в опыт.

ДИЛЕММА КАПИТАЛИЗМА

— Что помогло вам выкарабкаться из кризиса?

— Во-первых, то, что мы не сдались. Телефон буквально плавился, когда мы обзванивали поставщиков и клиентов. Во-вторых, мы сделали ставку на доверие и на самом деле готовы были разбиться в кровь, но выполнить все обязательства до мелочей. Нам поверили, а мы не под­вели. И сейчас со многими клиентами, ко­торые не отвернулись от компании в труд­ную минуту, у нас сложились прекрасные приятельские отношения. И мы ими очень дорожим. Знаешь, дружим, ездим на ка­кие‑то совместные мероприятия, зна­ем, у кого какая семья, чем увлекаются их дети. Но все же главная мысль, которую я хотела донести, — мы всегда выполняем обязательства и всегда честны. Возможно, даже в ущерб своей экономики.

— А такое бывает?

— У нас часто берут топливо в долг, то есть с отсроченным платежом, и в до­вольно больших объемах. И мы, разумеет­ся, делаем при этом небольшую наценку. Скажем, если по предоплате дизтопливо стоит 55 рублей, то по отсроченному пла­тежу отпускаем его по 59 рублей. То есть «накидываем» четыре рубля за литр.

— Ну, понятно, это что‑то типа демпфера на случай, если цена на рынке подскочит. А что, бывает как‑то иначе?

— Да, недавно узнали, что некоторые компании по предоплате продают за те же 55 рублей, а по отсрочке — за 79. Чуешь разницу? Я как‑то даже рассуждала с Ар­темом на этот счет — правильно мы посту­паем или нет. Мы все‑таки живем в эпо­ху зарабатывания денег. Но муж стоит на своем, он очень порядочный человек. С точки зрения капитализма это, навер­ное, плохо. А по‑человечески — хорошо. Вот такая дилемма.

— У тебя остается время на хобби?

— Есть одно занятие, которое играет большую роль в моей жизни, и его, в об­щем‑то, можно назвать хобби. Я строю сетевой бизнес, сотрудничая с широко известной компанией из сферы красоты и здоровья.

— Делаешь бизнес, чтобы отдохнуть от биз­неса? Немного странно… Я имею в виду, что под хобби обычно понимают занятие, силь­но отличающееся от основного рода деятель­ности. Ну, там, кочегар плетет макраме, моряк совершает пешие прогулки. Утрирую немного, но принцип ясен. А тут, прости, больше похоже на попытку диверсификации бизнеса.

— На самом деле сетевой маркетинг меня очень сильно отвлекает от насущ­ных проблем. Ты просто рассуждаешь с по­зиции мужчины, а у нас с вами разная психология. Что делают мужчины в тра­диционном бизнесе, чтобы отвлечься, чтобы рано или поздно не загремела куку­ха? Кто‑то идет в спорт, кто‑то покупает байк и гоняет на нем по ночным дорогам, кто‑то банально уходит в загул. А я нахожу невероятную отдушину, общаясь с людьми, с которыми меня связывают общие интере­сы. Плюс сам вектор на индустрию красоты и здоровья. Все это помогает мне не исто­щиться эмоционально, а значит, это полно­ценное хобби, которое, ко всему прочему, приносит заработок.

ПОГОДА В ДОМЕ

— Тебе хватает времени, как бы выразиться без лишнего пафоса, на поддержание домаш­него очага?

— Если как‑нибудь придешь к нам в го­сти, увидишь идеальный порядок и приго­товленную домашнюю пищу в холодильнике. У нас очень уютно дома, честно, и это даже не мое субъективное мнение, а отзы­вы друзей и знакомых, которые у нас бы­вают. Больше скажу, я умудрялась навести уют в комнате в общаге на 10 квадратных метрах. Знаешь, если люди занимаются бизнесом, это не значит, что у них нет вре­мени остановиться и поправить занавеску. Вот скажи, тебе у нас в офисе нравится?

— Снимаю шляпу, тут очень мило. Правду го­ворю, в интерьере всего в меру, глаз отдыхает.

— Вот. Конечно, хотелось бы больше внима­ния дому уделять. Мы не так давно пере­ехали, и на новом месте остались кое‑ка­кие мелкие недоделки. Но, я думаю, такое встречается сплошь и рядом в любой сред­нестатистической семье с детьми, где оба родителя работают.

— Кстати, ты не скучаешь по селу? Или при­кипела душой к городу?

— Я горожанка до мозга костей. Кстати, у меня есть брат Михаил — он после учебы вернулся в деревню, потому что не выносит городской жизни. Он, пока учился в уни­верситете на агронома, буквально маялся и скучал по дому. Ну, а мы с мужем все равно от села не оторваны. Часто приезжа­ем к моим родителям, и Артем с удоволь­ствием занимается работой по домашнему хозяйству. Да и я подключаюсь, без дела там не слоняюсь — это же земля, там трава вечно растет. Из города, я думаю, мы ни­когда не переедем, разве что сменим квар­тиру на частный дом.

— Как я понимаю, у вас основные — если не все — клиенты являются представи­телями агропрома. Вы целенаправленно выстроили работу с сельскохозяйственной отраслью?

— Нет, конечно, все само собой сложилось. Да, сегодня большинство клиентов — это крестьянские хозяйства и сельхозпредпри­ятия. Но бывают и контрагенты из дру­гих отраслей. Не знаю, в какой‑то момент, когда наша компания переживала кризис и нуждалась в определенном кредите дове­рия, именно аграрии пошли нам на встречу и в итоге стали постоянными клиентами.

— Ты довольна тем, как сегодня сложились дела компании?

— Да, конечно. Я считаю, что мы с Артемом находимся на своем месте, и у нас есть глав­ное — хорошие, теплые отношения с людьми. В любом бизнесе важны отношения, прямые и честные. Это то, что мы по‑настоящему ценим.

---

Артем Орлов:

— Мы начинали свой бизнес с нуля и переживали как взлеты, так и па­дения. В трудные времена нас с Ри­той выручала целеустремленность, мы с ней бойцы. А сегодня созрело понимание: нам в бизнесе не нужно заполучить всех клиентов и зарабо­тать все деньги на свете. Мы больше ценим доверительные отношения. Когда‑то нас выручили люди, эле­ментарно доверившись компании, переживающей трудные времена, и сегодня мы, можно сказать, воз­вращаем моральный долг. Мы тоже доверяем клиентам. В таком симби­озе и работаем. У нас есть постоян­ные клиенты, которые должны за по­ставки ГСМ не первый год, но мы все равно выручаем, отгружаем топли­во, по сути, под честное слово. Пото­му что если у фермера не будет со­лярки, он не сможет убрать урожай в срок, а значит, не сможет своевре­менно внести выплаты по кредитам, погрязнет в долгах — а так недале­ко и до банкротства. Хозяйство рух­нет, люди останутся без работы. Это не нужно ни нам, ни клиенту. Сегод­ня доверие — основа нашего бизнеса.

---

Автор: Максим ПАНКОВ.

Фото Натальи КЛЕЙМЁНОВОЙ.