Драйверы и антидрайверы: обзор цен на основные сельхозкультуры на 26 марта 2026 года

Эта неделя была периодом потрясений для российского АПК. Ситуация на рынке базовых сельхозкультур остаётся противоречивой: сначала Китай болезненно «прижал» поставщиков рапсового масла и жмыха, а затем горьких пилюль подсыпал соседний Казахстан, запретив ввоз кормовых культур из России. На одних только слухах цена на пшеницу 4 и 5 классов одномоментно упала в цене. И если какие-то культуры пусть не летят, но уверенно ползут, то другие замерли в ожидании «грандиозного шухера».

О текущем положении дел рассказывает наш постоянный эксперт Василий Стрельчук, управляющий компанией «Сиболеум», входящей в экспортный союз SEUS.

ЛЁН: КУРС ВМЕСТО СПРОСА

Лён по-прежнему остаётся культурой без выраженных драйверов роста. Как отмечает Василий Стрельчук, вся динамика доходов по нему сегодня обеспечена исключительно валютным фактором.

— Выручка с продаж льна дёрнулась исключительно за счёт курса юаня, — говорит эксперт. — Сам по себе он остаётся нейтральной культурой: за ним никто не гоняется, но и спрос полностью не исчезает — он просто стабилен. При этом на ключевом рынке — в Китае — цена фактически стоит на месте, а временами даже снижается. Однако колебания сглаживаются курсом рубля, поэтому для алтайских аграриев и трейдеров конечная цена почти не меняется.

Дополнительным фактором давления остаётся логистика: вывоз льна идёт медленно и с проблемами, что ещё больше снижает интерес к культуре, подчеркнул эксперт. Ситуация может ухудшиться уже в следующем сезоне. Напомним, что обсуждается повышение экспортной пошлины на лён. Если это решение будет принято, культура рискует окончательно потерять привлекательность для сельхозпроизводителей.

ПШЕНИЦА: СТАБИЛЬНОСТЬ И НЕОПРЕДЕЛЁННОСТЬ

Пшеница в этом сезоне демонстрирует разнонаправленные тенденции в зависимости от класса. «Тройка» — это стабильность без особой прибыли.

— Третий класс остаётся в зоне интереса местных переработчиков, — говорит Василий Стрельчук. — Мукомолы продолжают её закупать, и рынок выглядит относительно устойчивым.  Есть колебания плюс-минус 500 рублей за тонну, но в целом «тройка» в этом сезоне показала себя стабильнее, чем даже доллар. Фактически цена «встала» и за всё время прибавила около 800 рублей за тонну от минимальных значений. С учётом инфляции и стоимости денег это изменение практически нивелируется.

Совершенно иная картина складывается по пшенице 4 и 5 классов, где сейчас наблюдается максимальная неопределённость. Эти классы ориентированы на экспорт — как через морские порты, так и через Казахстан.

— Ранее оба направления были экономически более привлекательны, — продолжает Стрельчук. — Порты — за счёт субсидий и понижающих коэффициентов на железнодорожные перевозки.  Казахстан — благодаря собственной переработке зерна в кормовую муку с дальнейшим экспортом в Китай, Афганистан и другие страны.

Однако в последние дни ситуация резко изменилась. Первый удар пришёл со стороны Китая. В КНР было принято решение о необходимости регистрации казахстанских мельниц в системе CIFIR — перечне аккредитованных импортёров. Это потребовало дополнительных проверок, в результате чего ввоз кормовой муки фактически приостановился. Мельницы остановили закуп сырья.

— Практически одновременно Казахстан начал вводить ограничения на ввоз российского зерна 4 и 5 классов, — продолжает собеседник «АК». — Буквально сегодня стало ясно, что параметры ограничений не являются такими уж тотальными, однако остаются моменты неясности: например, будет ли возврат уже отправленных партий.

Эксперт подчеркнул, что в результате рынок оказался практически парализован: спрос со стороны Казахстана исчезает, экспорт через Китай затягивается минимум на несколько месяцев, закупочная активность резко снижается.

— Реакция не заставила себя ждать, — заключает Василий Стрельчук. — Экспортеры, ориентированные на порты, уже снизили цену на 500 рублей за тонну — причём буквально за один день и на фоне одних лишь ожиданий. При текущей экономике портовая цена оценивается в 9–10 тыс. рублей за тонну на вагоне. В случае жестких ограничений на ввоз в Казахстан цена может упасть на 1,5–2 тыс. рублей за тонну. Для трейдеров это ещё не самый плохой сценарий, а вот для фермеров — крайне тяжёлый.

При этом объёмы пшеницы в Алтайском крае остаются значительными, что дополнительно давит на рынок.

ПОДСОЛНЕЧНИК: РОСТ ВОПРЕКИ

На рынке подсолнечника сохраняется восходящий тренд, прежде всего по качественному сырью. Несмотря на временную паузу в центральной части России, где маслоэкстракционные заводы на несколько недель приостанавливали рост цен, сейчас динамика снова положительная.

— На рынок одновременно влияют несколько факторов: повышенные экспортные пошлины, колебания курса доллара, проблемы с поставками в Иран, — говорит собеседник. — Однако переработчики смогли адаптироваться: были найдены альтернативные рынки сбыта, логистика частично перестроена, и ценовой рост возобновился. Рост фиксируется в центральной части страны, но нужно учитывать, что на сибирскую семечку повлияет цена логистики для МЭЗов.

По словам эксперта, отдельный сегмент — подсолнечник более низкого качества — пока остаётся востребованным. Его стоимость варьируется в диапазоне 20–26 тыс. рублей за тонну в зависимости от качественных характеристик.

РАПС: РЫНОК РИСКОВ

Ситуация с рапсом остаётся одной из самых сложных и непредсказуемых. В последние месяцы активно обсуждались риски, связанные с зависимостью от китайского рынка. Китай фактически остаётся единственным крупным покупателем, с которым сохраняются расчёты и отсутствуют санкционные ограничения. Однако именно эта зависимость и стала ключевой проблемой, считает Василий Стрельчук.

— После введения в России экспортных пошлин на рапс китайская сторона уже выражала недовольство, — говорит он. — Поставки рапса практически прекратились, и производственным мощностям КНР стало не хватать сырья. Российские поставщики переориентировались на экспорт продуктов переработки — масла и жмыха. Но теперь возникла новая проблема: массовые случаи выявления ГМО.

Причём ситуация выглядит крайне неоднозначной. Эксперт подробно описывает процедуру контроля: сырьё проверяется экспресс-методами при закупке; затем проходит лабораторные исследования; после переработки проверяются масло и жмых; в итоге оформляются государственные документы об отсутствии ГМО.

Однако уже на территории Китая поставки начинают «рассыпаться»: из одной и той же партии часть контейнеров проходит контроль, а часть — нет. При этом китайская сторона не раскрывает, какие именно показатели вызвали вопросы.

— Непонятно, с чем бороться и где происходит сбой — в лабораториях или во внутренней политике, выражающейся в желании немного «прижать» российских поставщиков, — отмечает Стрельчук. — В результате поставщики оказываются в ситуации полной неопределённости: невозможно выстроить гарантированную схему экспорта.

Попытки усилить контроль внутри России, по мнению эксперта, вряд ли решат проблему — причины лежат глубже. На этом фоне рынок рапса начинает остывать, и возможна остановка роста цен.

— Я бы сейчас рапс не держал, — говорит Стрельчук. — Лучше продать. Ни у кого нет понимания, как выстроить работу так, чтобы продукция гарантированно проходила в Китай.