Китайская грамота: что давит на рынок рапса в Алтайском крае

Алтайский край сохраняет статус одного из ключевых экспортёров сельхозпродукции в России. Однако за внешним благополучием отрасли нарастает системное напряжение: требования к качеству продукции, прослеживаемости и безопасности стремительно ужесточаются, а готовность части производителей к этим изменениям остаётся недостаточной.

Фактически речь идёт о переходе к новой модели: экспорт перестаёт быть просто каналом сбыта и становится сложной системой, требующей точного соблюдения регламентов на всех этапах — от семян до готовой продукции. И на этой ниве есть определенный разрыв: зафиксированные случаи закрытия экспортных поставок для отдельных предприятий, в том числе в Алтайском крае и Казахстане. В наибольшей «опале» оказались рапсовые масло и жмых, которые в последние месяцы особо пристально изучают китайские таможенные службы.

Эксперты считают, что ключевая уязвимость нередко находится внутри самих перерабатывающих предприятий. Во многих случаях отсутствуют полноценный входной контроль сырья, системный производственный контроль, реальная (а не формальная) система безопасности пищевой продукции, включая т.н. ХАССП.

В то же время на проблему можно взглянуть под другим углом: сегодня в свете геополитических событий продукция переработки рапса стала товаром единственного зарубежного рынка. Для российских игроков есть только одни ворота; и по какой-то причине китайские «арбитры» поставили вокруг них два кольца голкиперов. Причем до конца не ясно, какими правилами они руководствуются.

— Сейчас у нас как очень большая проблема, — сказал на недавней краевой агроконференции эксперт Василий Стрельчук, управляющий компанией «Сиболеум», входящей в экспортный союз SEUS.  — Пятьсот контейнеров стоит на границе с КНР. Возникает странная ситуация: из двадцати вагонов по результатам лабораторных исследований на ГМО десять могут пройти, а десять — отсечься, при этом рапсовое масло или жмых оказываются из одной партии.

Эксперт отметил, что  претензии, по которым китайские контролирующие инстанции останавливают груз, основаны на обрывках компонентов генно-модифицированных организмов. То есть они, по сути, не могут являться линией ГМО.

— Один из таких фрагментов, обнаруженных в нашей партии рапсового масла, оказался ГМО-горохом, — говорит Стрельчук. — Вероятно, имеет место так называемая контаминация, то есть загрязнение исходного продукта. Это может произойти не только на производственных мощностях переработчика, но и в процессе отбора проб на китайской стороне.

Также эксперт подчеркнул, что изначально Китай проявлял интерес именно к рапсу как к сырью, и до поднятия вывозных пошлин до 30 % экспортеры активно им торговали. В отношении же рапсового масла и жмыха, отметил Василий Стрельчук, КНР последовательно ужесточала требования. Если раньше ключевым было наличие документов, то теперь на первый план вышли реальные показатели качества:жирнокислотный состав масла, цвет и выход продукции, наличие примесей, и главное — отсутствие ГМО.

Но, возможно, трансформировалась не таможенная ситуация, а торговый интерес. 

— Китай в больших объемах покупал российский рапс сырьем, — подчеркнул Стрельчук. — Это было связано с развитием так называемых бондовых зон — специальных территорий с льготным таможенным режимом, где сосредоточены перерабатывающие предприятия. Наш рапс должен был обеспечивать загрузку этих мощностей. Теперь участники китайского рынка говорят, что ситуация изменилась: маслоэкстракционные заводы в бондовых зонах КНР не выполняют тех обещанных показателей, ради которых им дали разрешение на беспошлинную торговлю.

По мнению эксперта, цена на рапс для сельхозпроизводителей может оставаться в пределах нынешних 35-37  тысяч рублей за тонну — но только в том случае, если она будет считаться через масло и жмых. Если остановится переработка, то цена просядет.  В итоге рапс может перестать быть той маржинальной культурой, которая покрывает убытки производства других базовых для региона культур.

Подробнее читайте в материале Максима ПАНКОВА в ближайшем выпуске газеты «Алтайская нива».