Юань сдулся, жмых не спас: почему алтайским аграриям не стоило ждать со льном

Подводим итоги сельхозгода с нашим постоянным экспертом Василием Стрельчуком, управляющим компанией «Сиболеум», входящей в экспортный союз SEUS.

Лён: на осеннем поезде

Когда-то лен считался культурой для терпеливых. Осенью его складывали по амбарам с уверенностью, что к весне покупатель непременно созреет, логистика расчистится, а цена подтянется вслед за дефицитом. Но рынок, похоже, решил перетрясти привычную логику. И сделал это внезапно.

Уходящий сельхозгод для льна оказался показательным. Выиграли не те, кто дождался теплых дней, а те, кто успел вскочить в осенний вагон — в прямом и переносном смысле.

— По льну в сезоне 2025–2026 надо было продавать практически весь объем в октябре-ноябре, — говорит наш постоянный эксперт Василий Стрельчук, управляющий компанией «Сиболеум», входящей в экспортный союз SEUS. — Тогда был хороший курс юаня, еще не все влезли в логистику, покупатели брали столько, насколько хватало денег. Это вызывало небольшой ажиотажный спрос. Лен можно было продавать по 39–40 тысяч рублей за тонну, местами даже по 41 тысяче рублей с НДС, в зависимости от качества.

Картина складывалась почти идиллическая. Китайские покупатели активно формировали позиции, контейнеры еще не стояли в бесконечной очереди, а железная дорога хоть и не работала с космической скоростью, но все-таки позволяла отправлять груз.

Однако праздник оказался недолгим. Трейдеры постепенно набрали необходимые объемы, согласование перевозок по форме ГУ-12 вновь стало напоминать прохождение бюрократического квеста, а вместе с курсом вниз поползла и цена.

— После Нового года лен в валюте даже рос, — отмечает эксперт. — Но курс доллара и юаня снижался относительно рубля, поэтому этот рост практически никак не отыгрался. Последние два месяца цена находится в диапазоне 34–36 тысяч рублей за тонну в зависимости от качества.

Но есть у льна проблема куда более фундаментальная, чем валютные качели или железнодорожные заявки. Россия по-прежнему остается страной, которая умеет выращивать лен лучше, чем его потреблять продукт его переработки.

— Масло еще можно куда-то пристроить, — объясняет Василий Стрельчук. — А вот рынок льняного жмыха очень ограничен. Культура кормления с его использованием развита слабо, это единичные хозяйства. Поэтому каждая дополнительная тысяча тонн переработки начинает давить на рынок, и переработчикам становится работать просто невыгодно.

На горизонте нового сезона появляются и другие риски. Обсуждается поднятие экспортной пошлины на лен до 30%, не видно существенных улучшений в работе восточного полигона, а страны-потребители остались практически теми же, что и год назад.

— Мы считаем, что чудес ждать не стоит, — говорит эксперт. — Если введут пошлину, если курс останется около 11 рублей за юань и если ГУ-12 будут согласовывать так же тяжело, как сейчас, то лен до Нового года может стоить около 28 тысяч рублей за тонну, а после Нового года — даже опуститься до 26 тысяч. Если же пошлины не будет, тогда цена вполне может находиться в диапазоне 36–38 тысяч рублей.

Получается, что рынок все меньше вознаграждает за выдержку. Лен, который десятилетиями считался культурой для терпеливых, неожиданно стал сторонником быстрых решений.

Автор: Максим ПАНКОВ