Ход королевы: как кукуруза в Алтайском крае пытается нащупать рынок

Когда-то Никита Хрущёв решил, что кукуруза спасёт советское сельское хозяйство. Её сеяли там, где она вызревала, и там, где климат на эту затею смотрел с нескрываемым недоумением. «Кукурузная эпопея» закончилась довольно бесславно, а «королеву полей» почти забыли.

Прошло больше полувека — и кукуруза снова наступает. Только теперь без партийных директив и лозунгов. На Алтае она сама пытается доказать крестьянам, что может быть не только кормовой культурой, но и вполне рыночным зерном.

Впрочем, масштаб пока совсем не хрущёвский. В 2020 году кукурузой на зерно в крае было занято около 9 тыс. гектаров, в 2024-м — уже более 21 тыс. А в 2025 году регион получил около 95 тыс. тонн зерна кукурузы.

Фермерская семья Дайрабаевых из Бурлинского района за этой статистикой наблюдает непосредственно с поля. Кукурузу в хозяйстве выращивают около пяти лет, на зерно — третий сезон. Начинали с 30 гектаров, затем попробовали 100, а сегодня вышли примерно на 800 гектаров.

Причина проста: традиционные зерновые всё хуже отвечают на главный вопрос — что с ними делать после уборки.

«Мы закрыты по пшенице и по ячменю. Плюс стоимость падает именно зерновых культур. Ну и необходимо искать альтернативу всему этому», — объясняет Рахмет Дайрабаев.

Кукуруза, по его мнению, как раз и может стать такой альтернативой. Причём не обязательно конкурируя с подсолнечником напрямую.

У культуры есть важное преимущество для степных районов: она способна переносить засуху лучше многих зерновых. Дайрабаев отмечает мощную корневую систему, которая уходит в глубину и позволяет растению использовать влагу из нижних горизонтов.

«По засухоустойчивости она где-то рядом с подсолнечником, плюс-минус чуть ниже, но намного выше, чем зерновые культуры», — говорит он.

Правда, назвать кукурузу простой культурой язык не повернётся.

Главное — не дать ей проиграть сорнякам в начале вегетации. Нужны чистое поле, почвенные гербициды, последующая защита, питание и правильно подобранный гибрид. Дайрабаев использует российскую генетику и остановился на гибриде «Золотой початок».
Зато при нормальной технологии, считает он, в условиях Алтайской степи можно рассчитывать на 4–5 тонн зерна с гектара в обычный год.

И тут начинается самое интересное. Даже если кукуруза обходится дороже в посеве, её урожайность способна компенсировать затраты.

«Если всё нормально сделать, то по марже ты можешь получить больше, чем с пшеницы, и, возможно, на уровне подсолнечника», — считает фермер.

При этом кукуруза может решать ещё одну алтайскую проблему — чрезмерную зависимость хозяйств от масличных. Подсолнечник действительно способен давать отличную отдачу, особенно на свежей земле. Но бесконечно возвращать его на одно поле нельзя. С каждым новым кругом растут агрономические риски, ухудшается фитосанитарное состояние почвы, снижается потенциал урожайности.

У кукурузы другая роль. Она даёт много растительных остатков и мощную корневую массу, которые можно возвращать в почву. «Кукуруза — это почвенный доктор», — говорит Дайрабаев.

Но есть у неё и слабое место — рынок. Алтай пока производит слишком мало кукурузы, чтобы вокруг неё сформировалась полноценная инфраструктура. Трейдеру сложно строить отдельную логистику ради небольших партий, а фермеру рискованно резко увеличивать посевы, если заранее непонятно, кому продавать урожай.

При этом спрос уже появляется. Особенно со стороны Казахстана, где растёт интерес к российской кукурузе, в том числе для переработки.

«Чем больше крестьяне начнут заниматься кукурузой, тем быстрее организуется логистика этого рынка. Трейдеры смотрят на кукурузу, им она интересна, но они боятся мизерного объёма», — объясняет Дайрабаев.

Есть и ещё более амбициозный вариант — переработка непосредственно в регионе.

Из кукурузы можно получать не только кормовое зерно, но и целую линейку продуктов глубокой переработки. Однако в Алтайском крае перерабатывающая промышленность традиционно больше ориентирована на другие направления — прежде всего масличные и привычные зерновые.

Получается своеобразный замкнутый круг: нет большого объёма — нет развитого рынка, нет развитого рынка — нет стимула резко увеличивать объём.

Разорвать его, считает Дайрабаев, можно только постепенно.

Именно поэтому кукуруза в Алтайском крае вряд ли станет «новой пшеницей» и уж точно не повторит хрущёвский марш по полям. Скорее она займёт свою нишу — рядом с зерновыми и масличными, как ещё один способ заработать с гектара и одновременно разнообразить севооборот.

«Это будет достойное не замещение, а дополнение маржинального товарооборота в виде масличных», — говорит фермер.

Похоже, современная кукурузная эпопея начинается именно так: не с указания сверху, а с попытки самого крестьянина найти выход из ситуации, когда привычные культуры перестают давать прежнюю экономику. Кукуруза поле уже нашла. Теперь ей предстоит найти рынок.

Подробнее читайте в ближайшем номере газеты «Алтайская нива».

Изображение создано с помощью ИИ.